Полуборода, полумандат, полужизнь, полусуществование

Сегодня вновь состоится трехсторонняя встреча: Путин-Алиев-Пашинян. Не знаю, Пашиняна вновь попросят подстричь бороду до розовой кожи или унизят как-то иначе, но это не впервой.

Не знаю, будут ли Алиев и Пашинян вновь украдкой обмениваться взглядами 18+, или же в этот раз у нас не так много жертв – не целое молодое поколение – и утерян не целый родной Арцах, а имеем утончающийся Сюник, чтобы Алиев со сжатыми губами и исподлобья проверял: не проснулись ли часом в Николе достоинство и человек, авось, поведет себя по-человечески ?..

Прошлый полубородатый облик Никола полностью выражал его сущность: и – как скажете, и – оставьте немного бороды, якобы я что-то решаю.
Есть же такой анекдот: «Я мужчина, хозяин своего слова – из-под стола не выйду».

Про Никола.

Говорить о Николе принципиально излишне: все и так понятно, слушать – нет надобности, все «сказано», продемонстрировано еще год назад, ожидать чего-то присущего человеку – излишне, бранить излишне, унижать излишне… У него есть иммунитет – ни чести, ни человечности.
Нет политики Никола, есть желание Алиева и разрешение или возражение Путина в связи с данным желанием – это просто нужно иметь в виду.

Нет армянской власти, чтобы по забывчивости и вдруг с глупой – рожденной необоснованно и по-армянски – надеждой ожидать от него внезапно проармянских шагов. НЕТ. Все. Идем дальше.

Безмандатное НС, нажатиями кнопок являющееся всего лишь аппендиксом правительства. Такой власти нет, чтобы от парламентской оппозиции ожидать результата.
Я не жду. Да и не хочу слушать эти ставшие кавэновскими номерами бесконечные выступления – ни одному сказанному метко слову не остудить моей души, ни одно оппозиционное голосование результата не приносит.
Кому нужно это полумандатное состояние? Говорить можете, обеспечивать результат – нет.

Скажу больше: то, что оппозиция не складывает мандатов, негативно влияет на общественность. Я не говорю о том, что сложением/не сложением мандатов распустится НС или нет, или какую форму оно получит. Я говорю о воспитании общества, о служении ему примером.

Общественность смотрит на говорящую с трибуны НС  правду и истину оппозицию, и наивно пробуждает в себе надежду, что это даст плоды.

Возможно, когда-нибудь. Но не вчера, не сегодня, когда Сюник действительно утончается до нити.

Сложение мандатов означало бы, что оппозиция готова к радикальным шагам, что  оппозиция не питает пустыми надеждами… И, возможно, тогда гораздо больше людей вышли бы на улицы, без надежды «давайте говорить, авось, завтра что-нибудь выйдет» - их глаза бы открылись.

Живем, испуганно оглядываясь на послезавтра, мол, какая-то дверь да откроется. Не на завтра, знаем, что завтра будет: с трибуны НС говорят – подпишут плохой документ. Да, это явно. Да, у нашего порога – Марага, завтра – плохой день.

Поэтому мы думаем о послезавтрашнем лне: что будут Нжде, Монте, Роберт Абаджяны, будем жить по нравственности Наири Гукасянов. И не хотим видеть сегодняшний день, тех, кто есть сегодня.

Живем полужизнью.
Полуживем – полусуществуем.

Анаит Восканян