Артур Ванецян: Моя цель – избавиться от этой власти, и я сделаю все, чтобы мы добились этого

Бывший директор Службы национальной безопасности (СНБ) Армении, председатель партии «Айреник» («Отечество») Артур Ванецян дал интервью газете «Грапарак».

Перевод материала на русский язык приводим ниже:  

– Знаю, что Вы обеспокоены преследованием и арестом Вашего соратника Хачика Галстяна (генерального секретаря партии «Отечество». – Ред.). Какие шаги вы предпринимаете для защиты политзаключенного?

– Юридической защитой Хачика Галстяна занимается группа адвокатов. При этом, по их оценке, отсутствуют какие-либо правовые основания для его уголовного преследования и лишения свободы. Что касается политических акций и процессов – они проходят на глазах у общества. Разумеется, наша борьба направлена на освобождение не только Хачика Галстяна, но и всех политических заключенных. И нельзя проводить различия – состоит человек в той или иной партии или нет; достаточно того, что он подвергается преследованию за то, что придерживается взглядов, отличных от позиции действующей власти. Мы боремся за освобождение всех политзаключенных. К сожалению, сегодня в Армении беспрецедентное число людей лишены свободы за свои политические взгляды. Подобной ситуации, полагаю, никогда прежде не было.

– На Ваш взгляд, по мере активизации предвыборной борьбы число таких заключенных может возрасти?

– Однозначно, да. Власть этого даже не скрывает: открыто заявляют, мол, кто будет вести себя плохо – бросим, цитирую, в «подвалы КГБ», сделаем с ними то да се. Однако это нас не пугает, уверен, не пугает никого. В Армении лишением свободы уже невозможно устрашить людей, это стало обычным явлением, и люди готовы отстаивать свои убеждения, даже если за свою борьбу придется заплатить лишением свободы.

– Но нет ли опасений, что в результате этих действий властей в разгар предвыборной борьбы ряды основных сил оппозиции поредеют?

– Такая угроза, безусловно, есть. Например, Хачик Галстян – генеральный секретарь партии «Отечество», и вы понимаете, какой колоссальный объем работы он выполнял, особенно в этот предвыборный период. И его изоляция, пусть даже на один-два месяца, в действительности весьма серьезно осложняет как идеологическую, так и организационную деятельность нашей партии. Но я повторяю: мы готовы к этому. Уверен, готов и сам Хачик, как и все, кто сегодня находится под арестом. Как бы ни усложнялась работа, я не вижу каких-либо проблем. Придет день, и все понесут ответственность – и перед законом, и перед собственной совестью. Они не смогут избежать ответственности за содеянное.

– На предыдущих выборах у вашей партии не было же представителей в подобном статусе?

–  Нет, однако первый политзаключенный в Армении из-за своих взглядов опять-таки сейчас представитель нашей партии – Арсен Бабаян (бывший заместитель руководителя аппарата НС Армении. – Ред.), ныне адвокат Хачика Галстяна. Дело Бабаяна, быть может, многие забыли, однако его арестовали в октябре 2019 года по обвинению в «содействии узурпации власти» – абсурдному по своей сути. Некоторое время он находился под арестом, затем был освобожден.

– А Арсен Бабаян власть не узурпировал – ни тогда, ни сейчас, фактически.

– Да (смеется), не узурпировал, и самое главное – впоследствии полностью был оправдан судом. То есть, человека преследовали, на каком-то этапе лишили свободы, а в итоге выяснилось, что все это – ложь, дело рассыпалось в суде. Убежден, что то же самое произойдет и в случае с Хачиком Галстяном. Я с первого дня задержания Галстяна говорил: деталей раскрывать не могу из-за тайны предварительного следствия, однако твердо заявляю – здесь дела нет. Говоря простым языком, дело – вода и судебной перспективы не имеет, это исключительно карательная мера.

Обращу внимание и на другой факт: Хачика Галстяна, также Арама Кочаряна – руководителя территориальной структуры партии «Отечество» в Вагаршапате, задержали и арестовали 30 декабря 2025 года на основании, как они (в Антикоррупционном комитете. – Ред.) утверждают, данных о предполагаемом «преступлении», полученных 16 ноября. Однако задержания состоялись лишь 29 декабря. Возникает закономерный вопрос: если в этих данных, полученных 16 ноября, ничего не изменилось – не убавилось и не прибавилось, почему не были предприняты немедленные действия в последующие дни – 17 или 18 ноября? В чем был смысл задерживать 29 декабря?

– Полагаете, это могло быть сделано с целью оказания психологического давления – на семьи, родных задержанных, а также на Вас?

– Разумеется, создается очень тяжелое положение в человеческом плане, для семей. У Хачика – несовершеннолетний ребенок, у Арама – дети. Для их семей очень непросто. Но и они, и мы понимаем происходящее. Более того, сам Хачик проявляет большую стойкость, чем мы, из УИУ призывает всех – не унывать, двигаться вперед и продолжать борьбу.

– Вы сказали о том, что они ждали пару месяцев, но есть уголовное дело, где этот период составил 7 лет.

– Вы имеете в виду архиепископа Аршака (Армянский суд 5 декабря 2025 года принял решение арестовать главу Канцелярии Первопрестольного Святого Эчмиадзина архиепископа Аршака Хачатряна, которому следствие инкриминирует «сбыт наркотических веществ», речь идет о событии 7-летней давности. – Ред.). Да, речь идет об очередном политзаключенном. Знаете, мы живем в абсурдное время, когда под арестом находятся архиепископы. И не знаю, как их сейчас называть – политзаключенными или по-другому? Была дана очень верная характеристика – «узники совести». Наверное, их уместнее назвать узниками совести, поскольку они не занимаются политической деятельностью.

– Политическая деятельность сейчас больше отождествляется с делом совести.

– Да, да.

–  Вы сказали, что не станете раскрывать тайну следствия, и я подумала, что в целом Вы человек очень скрытный. В обществе распространено мнение, что по роду своей прежней должности Вы владеете значительным объемом информации, однако ни на предыдущих выборах, ни сейчас Вы ничего не обнародовали. Кажется, есть ожидание: если бы не тайна следствия, то, возможно, Вы можете озвучить иные данные, которые могли бы быть важны для граждан при принятии решения на выборах. Стоит ли ждать от Вас подобных разоблачений?

– Я многократно заявлял, что данные, ставшие мне известными в период моей службы, я никогда не буду предавать огласке.

– Другая сторона поступила бы так же?

– Скажу так: разница между мной и нынешней властью как раз в этом. Не будучи представителем власти, я ощущаю большую ответственность за государственность и государство, его институты, чем они. Они готовы в любой момент обнародовать любую тайну.

– А они могут сгенерировать и опубликовать несуществующие данные?

– Могут сгенерировать и не задумываться о последствиях. Мне особенно тяжело видеть, когда в публичное пространство выносятся сведения, касающиеся Службы национальной безопасности. Мы стали свидетелями того, что даже в самом страшном сне не могли представить себе: когда СНБ предоставила официальный ответ одному из СМИ о том, якобы конкретное лицо был агентом КГБ СССР. Мы, сотрудники СНБ, даже в самом страшном сне не могли представить себе, что из этого здания может выйти такая информация.

– Существует мнение, что даже советское государство не могло представить, что в его КГБ могли существовать подобные документы на армянском языке. Может ли существовать версия о поддельности этого документа до тех пор, пока однажды не будет установлена истина?

– Во всяком случае, я не утверждаю, что этот документ является подлинным или поддельным. Я даже не вступаю в эту полемику. Я лишь говорю о том, что Служба национальной безопасности официально ответила на запрос одного из средств массовой информации, тогда, когда сама формулировка вопроса изначально некорректна, а давать на него ответ – преступление.

– Иногда противнику выгодно, когда борющиеся против него остаются принципиальными. Но может ли оппозиция, руководствующаяся столь непреклонными принципами, победить в предвыборный период? Времени ведь очень мало – сумеет ли оппозиция быстро набрать темп и добиться успеха на выборах?

– Я уверен, что да, мы сможем. Уверен, что добьемся успеха. Но крайне важно правильное сотрудничество основных оппозиционных сил. Если такого взаимодействия не будет, если каждая сила будет руководствоваться лишь собственной выгодой и амбициями, пользы не будет никакой. Однако я убежден, что этого не произойдет. Более того, знаю, что ключевые оппозиционные акторы, по крайней мере на данном этапе, весьма едины и работают ради общей цели.

Эту цель необходимо четко зафиксировать: мы должны понимать, ради чего участвуем в выборах. Партия «Отечество» и я лично участвуем в выборах для того, чтобы отстранить Никола Пашиняна и его партию «Гражданский договор» от власти. Моя цель – не стать депутатом и не иметь фракцию в Национальном Собрании. Моя цель – избавиться от этой власти, и я сделаю все, чтобы мы добились этого.