Жан-Клод Легран: Для ощутимого результата нужна лишь политическая воля

На днях в Ереване с ознакомительным визитом побывал советник по вопросам защиты детей Регионального Офиса UNICEF для стран Центральной и Восточной Европы и СНГ Жан-Клод Легран. Представляем эксклюзивное интервью Pаnorama.am с советником в сфере защиты прав ребенка о детдомах и ситуации с отсутствием прогресса в расширении программы патронатных семей в Армении.

- Господин Легран, как Вы оцениваете проводимые в Армении реформы в сфере защиты прав ребенка и существуют ли, на Ваш взгляд, ощутимые продвижения, о которых заявляет наше правительство?

- Очень интересный вопрос. Я нахожусь в Армении именно для того, чтобы найти ответ на него. Нам действительно интересно и мы крайне заинтересованы в оказании ощутимой поддержки реализации тех реформ, которые были начаты в Армении. Что касается вашего вопроса, то я могу ответить на него, приведя пример полупустой чашки: кому-то кажется, что чашка полупуста, а для кого-то чашка наполовину полная. Также и с ситуацией в Армении, есть вопросы, по которым достигнут определенный прогресс и есть ощутимые подвижки, а с другой стороны есть области, где многое еще предстоит сделать.

- Не могли бы Вы назвать их и отметить те области, где еще предстоит поработать?

- UNICEF – организация, которая занимается защитой прав ребенка, это наш мандат. Но когда мы говорим о реформах в области защиты прав детей, здесь необходимо отметить также и то, что существуют и другие организации, для которых защита прав детей также является приоритетным направлением. Зачастую мы сталкиваемся с ситуацией, когда правительство с нами работает в одном направлении, а например с USAID или другой организацией – в другом. Вроде бы все мы работаем для достижения одной и той же цели, но результата нет, поскольку нет общего видения того, каким должен быть этот результат. Думаю, что для достижения прогресса необходимо, чтобы правительство собрало всех этих партнеров за одним столом для выработки единой стратегии и единых целей для всех организаций, поддерживающих осуществление реформ в области защиты прав детей в Армении.
Реформы в области защиты прав детей – это комплексный процесс, подразумевающий несколько этапов и состоящий из нескольких элементов. Одним из основных элементов является усиление и расширение социальных услуг, предоставляемых населению, а также повышение роли соцработника. Последние являются ключевым элементом в разрешении проблем социально уязвимых семей, будь то предотвращение помещения ребенка в детдом, оказание помощи в ситуациях, связанных с домашним насилием, или непосещение ребенком детсада или школы. Функция соцработника – правильно оценить ситуацию в семье и разработать индивидуальной план по выводу семьи из сложившегося тяжелого положения. В Армении есть концепция социальной работы и социального работника, однако предстоит еще работа в уточнении функций социального работника, круга вопросов, за который он или она будут нести ответственность. В этом направлении достигнут определенный прогресс, но опять-таки нужно усилить работу, чтобы сфера социального защитника работала эффективнее. И задача UNICEF состоит в том, чтобы помочь правительству Армении прийти к определенным выводам, к определенной схеме, которая заменит уже устаревшие механизмы по предоставлению социальных услуг населению.

- Вы являетесь ответственным также и по нашему региону – Армении, Грузии и Азербайджану. Не мешает ли менталитет в этих трех государствах, где испокон веков главенствует понятие «ребенок и семья – святое», принять роль социального работника? И в целом, не мешает ли кавказский менталитет данным реформам?

- Я думаю то, о чем вы говорите, изжило себя. То, что мы пытаемся показать и внедрить в Армении – социальный работник – советник семьи, то есть это профессионал, который пытается помочь семье преодолеть кризисную ситуацию. Что такое хороший социальный работник? Это профессионал, который, например, делает все возможное, чтобы предотвратить разлучение ребенка с семьей и его помещение в какое-либо учреждение. Что было раньше? Социальный работник приходил, оценивал ситуацию семьи и, видя, что ситуация тяжелая, ходатайствовал о помещении ребенка под государственную опеку, то есть в детдом или специализированное учреждение. Так больше не будет: социальный работник является помощником и советником семьи, который будет способствовать разрешению проблем семьи.

- А Вы лично видите, что наши власти готовы к этой реформе и действительно готовы внедрить данную модель в Армении?

- Думаю, да, хотя вашим властям нужна поддержка в этом направлении. Дело в том, что при существующей на сегодняшний день ситуации министерства работают в изоляции друг от друга, а для того, чтобы система была внедрена в Армении, все они должны работать сообща. Выражаясь более конкретно, нужна политическая воля, и если ее не будет, то, к сожалению, мы не сможем достичь ощутимого результата. Мы надеемся, что подобный сигнал – работать сообща и скоординировано – поступит из высших эшелонов власти. Например, от премьер-министра Армении, потому как без этого прогресса не будет.

- Господин Легран, в последнее время у нас очень часто поднимается вопрос детдомов, разгрузку которых правительство считает приоритетной задачей. Надеюсь, Вы уже успели ознакомиться и с этой ситуацией. Как Вы считаете, настанет ли день, когда в Армении не будет детских домов и дети в подобных учреждениях будут оказываться лишь по строгой необходимости?

- И этот вопрос я также связываю с наличием политической воли и сигнала из высших кругов власти. Каждая реформа и каждое изменение не проходят гладко, и есть определенные круги, которые противятся подобным изменениям. Любая реформа представляет собой болезненный процесс, так как нужно принимать достаточно жесткие и непопулярные решения. Однако в данном направлении есть уже какие-то определенные достижения и результаты. Хочу отметить, тем не менее, что все это находится в фрагментарном состоянии: что-то осуществляется здесь, что-то там. Например, я побывал в центре дневного ухода за детьми, и это единственный подобный центр во всем Ереване. Да, это хорошая инициатива, но возникает вопрос: это единичная инициатива или национальная политика? Главное, чтобы было политическое решение и была координация между различными ведомствами на разных уровнях.

- А какова ситуация у наших соседей – в Грузии и в Азербайджане? Чем Армения отличается от них?

- В Азербайджане есть национальный план по разгрузке детдомов и специализированных учреждений для детей, но в этом плане также есть определенные вопросы, поскольку нет координаций среди министерств, которые должные осуществлять данный план. Что касается Грузии, то после нескольких лет, скажем так, «квазипаралича», который был в этом направлении в этой стране, мы видим, что присутствует политическая воля улучшить и решить ситуацию, привлекая донорские средства. Например, создаются центры и услуги для детей с ограниченными возможностями, закрываются наиболее крупные специализированные детдома и т.д. То есть в Грузии мы видим не просто желание закрыть детдома, а целенаправленную работу в этом направлении, которая выражается, в частности, в твердых намерениях инвестировать в развитие услуг, которые предоставляются нуждающимся детям, чтобы разгрузка детдомов осуществлялась более плавно и более размеренно по мере создания механизмов решения их проблем.

- Понятно, что закрытие детдомов – трудный и отнюдь не быстрый процесс. Однако в прошлом году в Ереване проходила международная конференция, где прозвучал призыв хотя бы изначально запретить помещение детей от 0-3 лет в детдома. Возможно ли это? Есть ли страны, достигшие успехов в этом направлении?

- Данный призыв прозвучал не только в Ереване, но и в Европарламенте, так как такого рода реформы, подразумевающие переход от одной системы к другой, требуют так называемые транзитные затраты, которые могут предоставить крупные международные доноры, такие, как Европейский Союз, USAID и т.д.
Среди стран нашего региона наибольших успехов в этом отношении достигла Сербия. В этой стране было принято решение сосредоточить внимание на детях с ограниченными возможностями от 0-3-х лет и предотвратить их помещение в специализированные детдома посредством создания социальных услуг на местах и системы патронатных семей, для которых организовываются трейнинги по уходу за подобными детьми. На сегодняшний день 34 % муниципалитетов Сербии имеют финансовый вклад в создание этих услуг для этих детей. В этом процессе активную роль играет и UNICEF. А в ближайшее время в Сербии будет принят закон, по которому дети от 0 до 3-х лет могут быть помещены только в патронатные семьи.
Спустя 6 месяцев после того, как началась эта кампания, мы провели обзор прогресса, и на сегодняшний день наиболее вероятно, что положительного результата в ближайшие два года достигнут 8 государств, в том числе Молдова, Украина, Казахстан, Киргизия, Турция и Грузия.
Теперь о грустном. К сожалению, в этом направлении ничего не происходит в Армении. Я встречался с представителями различных министерств и ведомств, будучи в Армении, и все уверяли, что помещение ребенка с инвалидностью в семью или патронатную семью невозможно. Но ведь есть примеры других стран, где это не только возможно, но и работает! Просто для этих патронатных семей осуществляются тренинги по уходу за этими детьми и предоставляется определенная помощь семьям, и все, это работает! У вас же есть положительные результаты. Ара Баблоян мне лично сказал, что занимается интеграцией детей с аутизмом, что раньше считалось просто невозможным. Значит нам просто необходимо сесть за переговорный стол с правительством Армении и показать все эти примеры. Это удалось сделать Молдове, значит и в Армении это возможно.

- Тем более, если данная реформа должна быть осуществлена не только на бюджетные средства, но и за счет доноров…

- Да, потому как это необходимая реформа и доноры и международные организации готовы к предоставлению финансовых средств.

- Не могу не спросить о программе внедрения системы патронатных семей в Армении. Лично я считаю этот проект провальным именно благодаря властям Армении, а как Вы считаете?

-Я абсолютно согласен с той формулировкой, которую вы дали. К сожалению, политика государства в этом плане была недальновидной, оно не представляло всю эту систему и не мобилизовало должным образом других партнеров для этого. И поэтому сегодня мы находимся там, где мы есть…

Беседу провела Лия Ходжоян