«Вопрос Геноцида армян вызвал у меня шок и заставил многое понять». Рассказ турецкого студента

Информационный сайт «Ermenihaber.am» представил рассказ турецкого студента, который был размещен и на некоторых турецких сайтах. В своей статье студент по имени Барыш Мумякмаз рассказывает о том, к каким изменениям в его мировоззрении привело изучение армянского языка.

Ниже представляем основную часть статьи.

«Некоторые учат новый язык в практических целях, некоторые – с целью прогуляться, а некоторые – чтобы познакомиться с девушками. Я же решил изучить его с целью „почувствовать”».

В 2009 году я работал над магистерской диссертацией в Бостоне, посвященной урегулированию конфликтов. Прибывшие из разных стран мои однокурсники работали над изучением конфликтов в своих регионах, а я решил обратиться к Армянскому вопросу. Я был осведомлен об этом вопросе, однако чего-то не хватало, и я решил изучить армянский. Я решил дважды в неделю посещать курсы армянского языка, которые проводил Общество армянских исследований (США).

Когда я с опозданием добрался до здания на первый урок, в коридоре никого не было, лишь на стенах были развешаны старые газеты и плакаты на английском языке, напоминающие о Геноциде армян. «Мне конец!» – подумал я и сам того не помня, очутился в аудитории.

-Здравствуй Багыш, – послышался голос женщины, говорящей на турецком. – Я Анаит. Добро пожаловать на курсы армянского языка.

На миг мне показалось, что это сон, но вскоре, когда выяснилось, что Анаит является потомком армян, спасшихся от Геноцида и переселившихся в Америку,  я все понял.  

Начав посещение трехмесячных курсов армянского языка, я достиг достаточно высоких результатов. Уже на завершающемся этапе этих курсов Анаит попросила нас составить предложения с использованием армянских имен, которые мы знаем. Я перечислил все армянские имена, которые знал: Гран, Ракель, Нора, Севан, Саят.

Анаит с удивлением поинтересовалась у меня, откуда мне известны столь старые армянские имена. Тогда я рассказал ей о Константинополе (Стамбуле), о том, что произошло 19 января и о том, что в Турции имя ГРАНТ вовсе не является устаревшим. Рассказал ей о том, как многочисленные люди, чувствующие угрызения совести, вышли на улицы с возгласами: «Грант Динк – это мы». 

Все смотрели на меня и думали: «На этот раз он скажет». Однако я не смог им сказать, что признаю события 1915 года геноцидом, что разделяю их боль, хотя я, как студент, изучающий конфликты, очень хорошо знал, что нужно говорить потерпевшей стороне. Тем не менее, я ничего не смог сказать, так как меня на миг охватило такое чувство вины, что я не смог произнести ни слова. Первый раз в жизни я, как турок, почувствовал себя плохо в вопросе армян.

Курсы завершились, и я в течение долгого времени перестал заниматься Армянским вопросом. Я находился в шоке. Я только сейчас понимаю, что мне необходимо было пережить этот шок, чтобы суметь понять многие вещи».