Србуи Галян заявила о возможности не исполнять решение Арбитражного института Торговой палаты Стокгольма по ЭСА

«Международные арбитражи – альтернативные механизмы разрешения споров, роль которых в нашей правовой системе подчеркнута. То есть у нас есть взятые на себя обязательства, и, присоединившись к определенным конвенциям, мы обязаны руководствоваться этими конвенциями и, разумеется, исполнять решения международных арбитражных трибуналов», – заявила министр юстиции Србуи Галян на брифинге после заседания правительства 24 июля, комментируя решение международного арбитража по делу о национализации компании «Электрические сети Армении» (ЭСА), принадлежащей арестованному бизнесмену Самвелу Карапетяну.

Она отметила, что конвенции или договоры бывают разными – существуют двусторонние и многосторонние международные соглашения.

«Что касается спора, связанного с ЭСА, действует двусторонний инвестиционный договор, в рамках которого предусмотрена конкретная процедура признания решений арбитражного трибунала по соответствующим спорам.

Если вы изучите решение арбитража, то там есть ссылка на соответствующую Нью-Йоркскую конвенцию, которая устанавливает возможность принудительного исполнения этого решения или вердикта в случае его неисполнения стороной, если другая сторона пожелает привести его в исполнение в обязательном порядке.

Эта процедура также предусмотрена в рамках нашего внутригосударственного законодательства. Если перевести на простой язык, то сторона имеет право и полноценную возможность обратиться в суд Республики Армения, чтобы суд сначала признал решение арбитража, и только затем оно стало подлежащим принудительному исполнению. Разумеется, как внутригосударственным законодательством, так и международной конвенцией предусмотрена возможность не исполнять это решение, если оно противоречит публичному порядку.

Я не могу сказать, будет ли оно противоречить публичному порядку. Могу лишь отметить, что назначение временного управляющего в ЭСА преследовало иную цель, чем указано в заявлении другой стороны. Целью было всего лишь предотвращение возможного кризиса, который действительно нам грозил», – пояснила С. Галян.