В чем феномен тренера фигуристов Рафаэля Арутюняна?

В фигурном катании периодически возникают точки притяжения вокруг конкретных персоналий, которые формируют целые тренды. Допустим, многие стремятся поставить программу у Бенуа Ришо или в случае танцев на льду перебраться в Монреальскую академию, чтобы прокачать навыки и судейскую лояльность. Еще одна такая точка — калифорнийский каток Рафаэля Арутюняна. В текущем межсезонье к нему на стажировку отправились чемпион России Петр Гуменник, а затем и олимпийский чемпион Михаил Шайдоров. Софья Самоделкина после смены гражданства тренируется у него же, Софья Муравьева рассматривала этот вариант как возможное продолжение карьеры. Складывается ощущение, что Раф утверждается в статусе одного из самых авторитетных специалистов в одиночном катании. Как иначе объяснить только растущий интерес к работе с ним? Подробнее - в материале sport24.ru.

Арутюнян — человек с огромным опытом и путем в спорте длиной уже в 60+ лет. Он прошел классическую советскую школу — сначала как фигурист, потом как тренер. Непосредственно к тренерской деятельности он приступил в 25 лет в ереванском «Динамо», позже перебрался в московские «Сокольники». Тогда же и формировались основы его фирменного подхода. Однако в начале 1990-х, когда советская система рухнула, Арутюнян, как и многие его коллеги, оказался перед выбором: начинать все почти с нуля в обновленной, но ослабленной в инфраструктурном плане России или искать себя за рубежом.

Раф выбрал второе и перебрался в США, где через его руки прошли десятки спортсменов разного уровня — прежде всего юниоров, на маленьких катках, в формате частных подкаток, с постепенным выстраиванием репутации надежного, уважаемого, но все же еще не «звездного» тренера. Первыми громкими кейсами его тренерской карьеры можно считать сотрудничество с вице-чемпионом Европы Александром Абтом и бронзовым призером Олимпийских игр Джеффри Баттлом. В работе с обоими глобальный фокус был направлен на прыжковую подготовку.

Вплоть до середины 2010-х Арутюнян воспринимался скорее как добротный «технарь», который умеет ставить прыжки, но не как тренер-победитель высшего эшелона. В тандеме с Рафом Эшли Вагнер удавалось не единожды подниматься на пьедесталы крупных турниров, будь то финал Гран-при, чемпионаты четырех континентов и мира. Также среди его заметных учеников вспоминаются призер ЧЧК, член олимпийской сборной США Мирай Нагасу, призеры этапов Гран-при Мэрайя Белл и Адам Риппон. Также он консультировал Мишель Кван — правда, не на постоянной основе, но сам факт говорил о его авторитете в узких кругах уже тогда.

Переломным моментом стала работа с Нейтаном Ченом. Их сотрудничество началось в 2012-м, когда Чену было 13, и продлилось более десяти лет — редкая стабильность в современных реалиях. За это время Арутюнян превратил одаренного, но нестабильного юниора в трехкратного чемпиона мира и в конце концов олимпийского чемпиона. Спортсмен неоднократно выражал глубокую благодарность своему тренеру за поддержку на протяжении всей карьеры и даже называл его «вторым отцом».

На протяжении всего прошлого цикла тот выступал тренером-консультантом ныне уже двукратного чемпиона мира Ильи Малинина.

После такой серии — довел до олимпийского золота, наверное, самого стабильного квадиста в истории и включился в работу с тем, кто делает то, что не делает никто другой — репутация тренера вышла на принципиально новый уровень. Именно так начался тот самый ажиотаж, который мы наблюдаем сегодня: к Арутюняну идут не за советом, а за системой. Ряды спортсменов, которые стремятся поработать с ним, закономерно расширяются. Только вот эффективность его новых практик в столь краткосрочной перспективе оценивать сложно и не совсем рационально, пишет СМИ.

Но в чем же заключается его система? Рафаэль Владимирович не верит в бесконечную накатку. Его подход строится на осознанности: спортсмен должен понимать биомеханику каждого движения, а не просто повторять элемент до автоматизма. На тренировках он активно использует видеоповторы с подробным разбором ошибок, учит фигуристов чувствовать тело в воздухе и не форсирует сложность, пока не готов фундамент. Такой подход требует от спортсмена не только физической, но и интеллектуальной включенности, что и позволяет держать стабильность на длинной дистанции.