Самое страшное заключалось в том, что нас приговорили к пожизненному заключению

В конце прошлого года решением Кассационного суда были освобождены из-под ареста трое молодых людей: Размик Саргсян, Муса Серобян и Араик Залян, обвинявшихся в убийстве двух военнослужащих, вследствие чего с апреля 2004 года находились в пенитенциарном учреждении “Нубарашен”. Суд первой инстанции Сюникской области приговорил последних к 15 годам лишения свободы, Апелляционный суд – к пожизненному заключению, а Кассационный суд отправил дело на дополнительное следствие. Представляем вниманию нашего читателя эксклюзивное интервью одного из приговоренных к пожизненному заключению Араика Заляна, согласившегося уделить нам время. Основная побудительная причина данного интервью продиктована тем обстоятельством, что их снова вызвали в военную прокуратуру и взяли подпись о невыезде из республики.

- После трехлетней борьбы и жестоких испытаний, готовы ли Вы снова пройти этот путь?
- Готов, и, более того, у меня боевой настрой, поскольку мне нечего бояться.

- У вас есть надежда, что на этот раз следствие пойдет по правильному пути?
- Пока дело находится в Военной прокуратуре, вряд ли можно надеяться на это.

- Как вы считаете, почему не предпринимаются конкретные шаги в деле поимки реальных виновников?
- Прокуратуре известны имена реальных убийц, просто они не хотят называть их, поскольку это их люди. Не могу сказать, это единственная причина или нет, но, насколько мне известно, они на самом деле их люди.

- Когда вам стало известно о том, что вы обвиняетесь в этом убийстве?
- Мы были на посту, когда нам сообщили о том, что, якобы родители пришли нас проведать, но на самом деле нас кулаками встретили следователи прокуратуры.

- А почему кулаками, с вами плохо обращались?
- Еще в Матагисе с нами обращались, как с врагами: надели “кандалы”, майки натянули нам на головы, и нас троих перевезли в Мартакерт в багажнике. Нас отвели в мартакертскую полицию, затем – в степанакертскую, и поместили в изолятор на несколько дней.

- И тогда плохо обращались?
- Безжалостно, держали нас без еды и воды. Когда мы давали показания, требовали назвать имена, взять все на себя. Так обращались до тех пор, пока нас не перевели в ереванский изолятор. Только после того, как вынесли санкцию, начали по-другому обращаться.

- А как обращались в ходе слушания дела?
- Физического давления не было, поскольку в зале присутствовали адвокат и пресса, но фактор психологического давления ощущался.

- Что скажете о решении Кассационного суда?
- Как и любой невиновный на нашем месте, мы каждую минуту ждали того, что нас освободят, но, если честно, не думали, что Кассационный суд вынесет подобное решение.

- За эти три года что было для вас самым ужасным?
- Вначале мы ничего не понимали, но самое ужасное для нас стало то, что суд первой инстанции Сюникской области нас приговорил нас к пожизненному заключению.

- Вы знали убитых?
- Только одного – Романа Егиазаряна, вместе с которым мы прошли “карантин”, но служили в разных батальонах.

- Чем обусловлено, по вашему, расхождение во мнениях родителей убитых? Дядя Романа Егиазаряна, к примеру, считает, что виновниками являетесь именно вы, а родители Овсепа Мкртумяна уверены в том, что вы невиновны.
- На самом деле, обе стороны уверены в нашей невиновности, просто дядя Романа Егиазаряна – человек, способный продать кровь своего племянника.

- Что пожелали бы вы сказать в конце нашей беседы?
- Я хотел бы, чтобы граждане были внимательнее к тому, сколько невиновных людей в настоящее время находятся в неволе.

P. S. По мнению адвоката Заруи Постанджян, данное дело и по сей день находится в производстве экс-генпрокурора Гагика Джангиряна. После возвращения Генерального прокурора РА из отпуска Заруи Постанджян намерена просить у него аудиенцию по поводу сбора серьезной следственной группы, которая сможет найти реальных преступников.