Уроки «1 марта»...?

Сегодня 1 марта – первый день весны. В иных условиях этот день мог стать днем наступления весны, любви, новых творений, нового начала и созидания, как и было. Однако не здесь – в Армении, и не сейчас – в 2009 году.
Со дня известных и печальных событий 1 марта 2008 года прошел ровно год. Можно ли оценить сегодня произошедшее, назвать его причины и последствия? Думаем – нет. И несмотря на то, что невозможно дать целостную оценку «1 марта», тем не менее, события расследуются, о них говорят, ищут виновных, находят... Даем и извлекаем уроки.

Уроки «1 марта» в первую очередь важны для того, чтобы понять ошибки и избежать их. Именно от этого обстоятельства будет зависеть то, какое значение будут иметь эти события для нашего народа и истории государства.

Произошедшее следует рассмотреть в разных измерениях, отделяя политическое от неполитического. Мы коснемся этого поверхностно, в общем, поскольку, как уже отметили, чтобы полностью «переварить», нужно время.
Итак, что произошло в ночь с 1-го на 2-ое марта? Представители правоохранительных органов и многочисленная толпа граждан вышли в Ереване друг против друга, произошли столкновения, в результате чего погибло десять человек, сотни получили ранение, был нанесен существенный материальный ущерб, ограниченные права и большое разочарование, чувство неопределенности и шок. «Политический» компонент в произошедшем был решающим, но не главным. Да, «1 марта» произошло в контексте поствыборных развитий, но, думаем, «политический» компонент в этом вопросе был не главным. Главные проблемы были на другой плоскости – социальной, общественной. А политический просто стал тем «каналом», который сгустил и направил события. Эти события не произошли бы, если бы политические исполнители осознанно не придали стимул и не направили общественные настроения.

Почему общественность или часть ее позволяет «использовать» себя? В этом смысле считаем, что у Армении уже есть серьезный (но печальный) опыт, не извлечь уроки из которого было бы просто непростительным. Внутри общества есть достаточно острые социальные, культурные, экономические вопросы и задачи (как и в любом обществе), однако несовершенство или полное отсутствие механизмов их решения приводит к накоплению этих задач. Закономерности политических развитий свидетельствуют о том, что им не присуще оставаться и погасать внутри общества, напротив, в определенных условиях они имеют жесткое выражение, зачастую стихийное, неорганизованное и, как правило, с тяжелыми последствиями. Опыт показывает, что в Армении подобные настроения совпадают с избирательным циклом. Наверняка, немногие не согласятся с тем, что произошедшие в Ереване в сентябре 1996 года, апреле 2004 и в марте 2008 года события имели в своей основе в большей степени социальные мотивы. Следовательно, для избежания подобных развитий необходимо, чтобы, в стране, наконец, были созданы те институты и механизмы, которые должны обеспечить решение задач граждан или погасить недовольство, возникающее от отсутствия решений. В противном случае Армении грозит превращение в латиноамериканскую страну, где социальный бунт отныне станет константой.

Для восприятия уроков мартовских событий прошлого года и предотвращения подобных развитий предпринимаемые государством шаги и поведение политических исполнителей являются необходимым, но не достаточным условием. В этом вопросе серьезная роль уделяется самому обществу и его отдельным частицам – частным гражданам. «1 марта» наряду со своими печальными и трагическими последствиями стало серьезным индикатором для выяснения ценностной системы общества, восприятия, взглядов, навыков и возможностей противостоять вызовам.

Прошедший год и отмеченные в этот период реалии и вопросы в этом смысле не дают повода для оптимизма. Сегодня, спустя год после известных событий общество не получило ответы на многочисленные вопросы. При чем, не получены ответы не только на вопросы о выявлении виновных и призванию их к ответственности, на вопросы формального и процедурного характера. Нет ответов также на вопросы ценностной и духовной плоскостей. В течение года много раз говорили о жертвах, разные политические лагеря использовали, спекулировали этим обстоятельством, но боль матери, потерявшей сына, осиротевшего ребенка, так и не были удостоены должного внимания.

Смерть, факт убийства, сам по себе, не был осужден обществом до той степени, чтоб были созданы гарантии исключения его повтора. После этих событий, как будто, ни в обществе, ни в элите не закрепилась известная библейская заповедь «Не убий».

Это произошло бы, если бы переживающие боль делали это искренне и в рамках своего статуса и не пытались играть на других полях, а простые и рядовые граждане должны были посетить церковь и поставить свечи. Однако в нашем обществе эти «роли» перемешались: вердикт выносит гражданин, речь читает интеллигент, а свеча горит на площади. Такова наша реальность. И если она не изменится, то мы не сможем говорить о гарантиях избежания повтора «1 марта», сколь бы власти, или даже оппозиция не прилагали усилий в этом направлении.